Да!.. - отвечал, дрожа, индус. Ведь мы же вырыли ему могилу рядом с могилой Кеннеди, под песком и тростником, где и могила палача-англичанина, - сказал негр. Да... мы вырыли могилу... - произнес индус, продолжая дрожать, - но... год тому назад... я стоял у ворот Бомбея... ждал одного из братьев... Был вечер... солнце склонялось к закату и скрывалось за пагодой, построенной на небольшом холме... я как сейчас все это вижу... Я сидел под фиговым деревом... Вдруг послышался спокойный, ровный, твердый шаг... я оборачиваюсь... и что же?! Это был он!.. Он шел из города. Видение! - сказал негр. Без сомнения, видение! - Или видение, - прибавил Феринджи, - или случайное сходство! - Я узнал его по знаку на лбу, по этой черной полосе я узнал бы его всюду. Это был он... Я окаменел от ужаса... а он остановился возле меня... и поглядел печальным взором... Невольно я вскрикнул: - Это он! - "Да, это я, - отвечал он кротким голосом. Все убитые тобой возрождаются, как и я, - и он указал на небо. Зачем убивать? Слушай... я иду с острова Ява... иду на край света... в страну вечных снегов... и там, и тут... и на земле, иссохшей от горячих лучей солнца... и на земле, окованной морозом... везде я буду одним и тем же! Так и с душами тех, кто погибает от твоей петли... В этом мире или в том... в той или другой оболочке... душа остается душой... ее ты не убьешь... Зачем же тогда убивать?" - и, грустно покачав головой, он ушел; медленно, тихо подвигаясь вперед, склонив голову, он поднялся на вершину холма.