Солдат не мог произнести ни слова от волнения. Он упал на колени и открыл объятия дочерям Симона, между тем как Угрюм скакал вокруг них и лизал руки... Бедный Дагобер не смог перенести волнения, охватившего его при виде детей; покачнулся и упал бы навзничь, если бы его не подхватили... Решено было перенести солдата в соседнюю комнату, и девушки последовали за ним, несмотря на замечание Катрин, что они сами устали. При виде Дагобера Родена передернуло. Он надеялся, что верный покровитель сирот погиб. Габриель, страшно усталый, оперся о стул. Он еще не заметил Родена. В комнату вошел желтолицый человек и направился к Габриелю, на которого ему указал провожавший его крестьянин. На желтолицего успели уже надеть крестьянское платье, и он, подойдя к миссионеру, сказал довольно хорошо по-французски, только с иностранным акцентом: - Принца Джальму только что принесли... он просил позвать вас. Что говорит этот человек? - воскликнул Роден, приблизясь к Габриелю. Господин Роден! - произнес Габриель, сделав от изумления шаг назад.