Изредка слышался вдали глухой звук задержавшейся кареты, и снова наступало угрюмое молчание. После ухода из дома наши путники обменялись всего двумя-тремя словами. Цель этих людей была самая благородная и честная, однако, молчаливые и решительные, они скользили во тьме, как разбойники, в этот час ночных преступлений. Агриколь нее на плечах мешок с крюком, веревкой и железной полосой, Дагобер опирался на его руку, а Угрюм следовал по пятам. Должно быть, уж недалеко та скамейка, на которой мы сидели, - сказал Дагобер, останавливаясь. Да, - отвечал Агриколь, вглядываясь в темноту, - вот она, батюшка.